Она связала... Бородино

Тамара Добролюбова: «Для демонстрации своих коллекций я приглашаю только подмосковных красавиц»

«Бородинское поле. Наши русские девки были захвачены противными французами, но наши девки непросты. Внедрившись в тыл врага, они усыпили его бдительность и отравили противных французов! С тех пор правнуки этих девок живут в деревне Гадюкино под Бородином, отмечают каждый год Бородинскую битву и люто ненавидят своих предков за жестокость! Терпимей надо быть — и жили бы они в Париже». Такой шутливой историей предварил модную коллекцию художника из Одинцова Тамары Добролюбовой глава Федерации профессиональных художников «Подмосковье» Андрей Букин. Тамара — руководитель театра народной моды «Подмосковье», расположенного в Видном, ее главное желание — чтобы наши женщины носили красивую одежду на зависть парижанкам. Свою новую работу она посвятила Бородино.

Первым моду на «русское» за границей ввел наш признанный кутюрье Вячеслав Зайцев. Еще в 80-е его валенки и шапки-боярки пользовались за границей бешеным успехом. Кстати, Вячеслав Зайцев дал самую высокую оценку творчеству Добролюбовой: «Ее работы — прочные, удобные и вместе с тем художественные. Они не оставляют человека равнодушным, вносят в жизнь праздник, красоту, радость, излучают тепло. Она нашла свои выразительные средства для создания только ей присущего почерка, навеянного поэтическими образами родной природы и дыханием русских традиций».


На Межрегиональном конкурсе моделей одежды «Подмосковные сезоны» в 2011 году Добролюбова со своим театром с коллекцией «Моя Русь» заняла Гран-при Московской области.


— Честно говоря, я вообще не задумывалась о двухсотлетии Бородинской битвы, — рассказала «МК» Тамара Добролюбова. — До этого я делала коллекции, посвященные народным промыслам: гжели, хохломе или русскому народному костюму, а тут внимание привлек русский военный костюм. Мундиры мне показались интересными для современного переосмысления. Зародилась мысль сделать военную коллекцию. Я накупила литературы и начала изучать историю военного костюма. Меня вдохновило не только обмундирование конца XVIII — начала XIX века, а вообще русская военная форма.

Знакомый художник ей посоветовал сделать свою фотосессию на мемориальном поле во время реконструкции событий. Предложение показалось интересным, но его воплощение — нереальным. Уж больно много людей, техники, ВИПов и их охраны должно было собраться на юбилейную годовщину. Тут уж не до показа мод. Тамара Ивановна решила провести свою фотосессию за несколько дней до празднования, во время репетиции. Съемку проводили во французском лагере — иностранные реконструкторы были счастливы.


— Это была очень сложная съемка, — вспоминает Добролюбова. — Мы всем мешали, и нас отовсюду гоняли. А иностранцы оказались очень открытыми, доброжелательными людьми. Там были французы и голландцы, среди них один модельер. Он очень заинтересовался моей коллекцией, всю ее отснял.


В честь 200-летия Бородинской битвы Тамара Добролюбова выпускает буклет со своей посвященной юбилею коллекцией.

Тамара Ивановна Добролюбова — не профессиональный художник-модельер, да и вообще ее специальность к творчеству имеет самое далекое отношение. Она закончила Белорусский государственный университет, географический факультет, и всю жизнь работает в геологии. А творчество началось с необходимости выживать. Как и любой советский человек, Тамара Ивановна выкручивалась как могла. Нигде ничего нельзя было достать — в первую очередь детскую одежду. Поэтому она начала вязать детские вещи, перевязывать на больший размер, перекраивать, вязать что-то для себя и так далее. Дети выросли, а хобби осталось и переросло в творческий проект.


Каждый костюм художницы — это самобытное авторское произведение, где четко прослеживается линия старинной народной одежды, разнообразные элементы женского одеяния разных веков, придающие особый колорит и нестандартность. Она свободно владеет самыми сложными техниками вязания крючком и на спицах, разнообразными приемами вышивания и моделирования одежды.


Для демонстрации коллекции Тамара Ивановна приглашает только подмосковных красавиц. Потом долго выбирает место, антураж, реквизит. Хочу обратить внимание, что все — от закупки ниток для платьев до оплаты фотографа и съемочных часов девочек — все за личные деньги Добролюбовой. «Я как одна маленькая фабрика», — говорит Добролюбова о себе.

— В свой последний альбом я добавила и соответствующие строения, и изделия народных промыслов, каждая коллекция — свой мир.


В начале своего творческого пути Добролюбова использовала только шерсть, кстати, отечественную, произведенную в нашем же регионе. Ею же делались и вышивки. Работа, требующая огромного терпения, труда и ловкости. Вязаное полотно на пяльцы или раму не натянешь. Все навесу, трясущимися руками. Главное — не перетянуть, не растянуть, не испортить: процесс безумно сложный. Но шерстяные платья летом не поносишь, и модельер взялась за льняные нити. Первая серия работ оказалась почти ажурной и получила название «Кольчуга для Ярославны». Следующая коллекция из этого материала называлась незатейливо — «Лен», а сейчас Добролюбова работает над серией костюмов, посвященной скифам.


Некоторые ее серии посвящены подмосковным промыслам. Витиеватый знакомый рисунок синего кобальта на белом поле возрождает в памяти изделия гжельского промысла. В серии «Платки» — классические сюжеты набивного павловопосадского рисунка, красавицы-розы в растительном обрамлении переводятся с печатной техники на ткани на вязаное изделие.


Сама придумывает, сама рисует, сама вяжет, сама вышивает, сама сшивает, сама находит реквизит, моделей, фотографов — и сама же платит им.

В 2009 году Тамаре Добролюбовой был вручен сертификат, подтверждающий, что она установила рекорд России в номинации «Самое большое количество костюмов ручной работы, посвященных народному творчеству, созданных одним человеком».


Осень, зиму, весну Тамара вяжет и вышивает, летом фотографирует и выставляет. А вот дальнейшая судьба творческого продукта вызывает сложности.


— В начале своего творческого пути я несколько коллекций распродала, — сожалеет Тамара Ивановна, — но позже поняла, что это неправильно. Сейчас свои работы я не продаю. Дело в том, что ты сделал коллекцию, одну-две вещи из нее продал — и ее уже нет. Показывать ее уже не можешь.


Одну коллекцию, посвященную гжели, Добролюбова целиком подарила культурному центру Читы, где она родилась. Она готова бы презентовать костюмы и Подмосковью, да некуда. По ее мнению, ни Одинцово, где она живет, ни Ленинский район, где находится Театр подмосковной моды, худруком которого она является, не могут предложить достойных условий для хранения и выставки ее творчества.


Тамара Добролюбова продолжает работать и по специальности, занимается геологией, ремонтом скважин. В фирме, которая занимается водяными скважинами, 15 человек, из них одна женщина, зато художник.


— Я зарабатываю деньги на то, чтобы заниматься тем, чем хочу, — объяснила Добролюбова. — Если было бы на что заниматься творчеством, конечно бы, не работала. Хотя в моей жизни были случаи, что мне дарили деньги. На них, например, я организовала показ своей коллекции в Доме моды Славы Зайцева, в Историческом музее.


Тамара жалеет о том, что у нее нет никаких взаимоотношений со знаменитым уроженцем Одинцова, кутюрье Валентином Юдашкиным. Впрочем, подмосковная художница не очень расстраивается. Если у человека есть смысл жизни — его творчество, то стоит ли внимание обращать на мелочи.


Юлия Гончарова 

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26063 от 10 октября 2012

Кликни на картинку и перейди на коллекцию Бородино
Кликни на картинку и перейди на коллекцию Бородино